В публичном пространстве порой звучат теории заговора в духе, будто Латвией управляют ставленники извне, и высказываются сомнения, а стоило ли стране вообще присоединяться к Евросоюзу. Но без активного участия потомков эмигрантов в политической жизни сейчас в Латвии могли бы отсутствовать многие важные демократические институты, заявил в передаче Латвийского радио 4 «Открытый разговор» профессор политологии Юрис Розенвалдс. И об интеграции нелатышей, удачной или нет, тоже вряд ли можно было бы говорить.

Сторонники конспирологических версий апеллируют к факту давнего знакомства премьер-министра Кришьяниса Кариньша и президента Эгила Левитса и к тому, что Левитс был главой Фонда Сороса в Латвии. В этой связи обоим политикам припоминают тот факт, что они прошли через Мюнстерскую гимназию — хотя Кариньш вернулся в Латвию из США, а Левитс из Германии. В политике они действительно союзники, но стоит помнить, что именно представители диаспоры, вернувшиеся на родину после восстановления независимости, многое сделали для создания институтов демократии в Латвии, сказал Розенвалдс. И не стоит преуменьшать роль ЕС в укреплении европейских ценностей в нашей стране:

«Когда люди говорят о том, что мы контролируемся откуда-то — я бы предложил вспомнить, что происходило в 1990-е годы. Когда перед нами забрезжило где-то в будущем членство в Евросоюзе и когда Евросоюз сказал: вот если этого, этого и этого не будет — а это, кстати были такие цивилизационные моменты, — я совершенно не уверен, что у нас был бы KNAB, если бы нам не сказали «надо»! Что у нас была бы вообще какая-то программа интеграции. Другой вопрос, получилось ли — об этом сейчас можно много спорить, но она впервые появилась тогда, когда нам сказали: ребята, ну, разбирайтесь с этим как-то, вам что-то нужно делать.

Потому что вспомним: в начале 90-х годов вообще в политэлите в известной мере доминировало представление «они уедут, и это все рассосется». Ну, это было! И к тому же и процессы демографические, когда за 1992 год у нас уехало множество семей военнослужащих, и так далее... Так что в этом смысле для нас, при всей несомненной противоречивости нашего взгляда на Евросоюз, он во многом сыграл цивилизующую роль».

Социальный опрос Как ваш ребёнок добирается до школы? Голосовать

По оценке Розенвалдса, вряд ли недавние высказывания Эгила Левитса о современном обществе и о том, как должны происходить процессы его объединения, соответствуют тому, что предлагает Евросоюз.

«Я в этом совершенно не уверен! Понимаете, я его давно знаю. Хороший ли он президент, давайте спросим у латвийских избирателей. Там ответ уже есть: Левитс — наверное, самый непопулярный президент за время после восстановления независимости. И второе — моя главная претензия — это расхождения между его делами и его словами. Когда-то он говорил «я буду президентом всего народа»... Передумал, да.

И у нас еще есть определенная вещь, связанная с тем, что президент сейчас активно задействован в формировании правительства (там действительно есть у него рычаги): кроме этой, у него имеется еще одна функция. Фактически в нашей парламентской системе глава государства выполняет функции второй палаты, какие бывают у других парламентов. К нему приходит закон, и он говорит — да или нет. И вот из последнего, по «минималке»: при всем том, что говорили представители бизнеса, он без проблем это все проштемпелевал!

Так что думаю, в данном случае главный упрек ( и думаю, он его сознает и потому так активен) — это его пассивность и то, что его роль действительно могла бы быть больше. Поэтому на эти его выступления сейчас, когда начал работать 14-й Сейм, у многих возник вопрос: а где ты, парень, был до сих пор? Дремал, что ли? У тебя же есть рычаги, чтобы вмешаться».